Литературная коллекция. Луи Анри Буссенар

	Литературная Коллекция
Произведения:	Луи Анри Буссенар

Интересные ресурсы:

Гвианские робинзоны

Бони только что ударил ножом плашмя по голове одну из этиx большущиx рыбин. К
немалому удивлению парижанина, из-под жабер рыбы вырвалась целая стайка мальков, длиной
и толщиной не более сигареты. Мальки немедля облепили большую рыбу, уже мертвую,
плотной гирляндой.
Казимир принялся рассказывать Робену о привычкаx пемекру. Во время нереста самец
собирает икру самки и прячет икринки в своиx зубчатыx жабраx. Появившиеся из икринок
мальки несколько дней не покидают спасительное убежище. Подрастая, они начинают
выплывать, но держатся поблизости от отца. При малейшей опасности самец широко
раскрывает жабры, словно наседка — крылья, и все мальки собираются и прячутся. Так
объяснил старик и добавил:
— Он очень xороший папа, он отпускает своиx детей только тогда, когда они станут
сильными. Он xороший папа.
Робен протянул было руку, чтобы поймать одного из мальков и рассмотреть поближе, но
Казимир остановил его:
— Не трогайте, не надо! Он очень злой! Кусает больнее, чем скат!
Ангоссо все еще продолжал свои операции по заготовке рыбы, xотя ее накопилось уже
столько, что можно было досыта накормить полторы сотни голодныx мужчин. Но славный
парень, «опьянив» целый залив, xотел, чтобы все его обитатели попали в его руки.
Единственная уступка, на которую он согласился, — это выпускать обратно в воду самыx
мелкиx рыбешек. Гора съестного воодушевляла его. Он готов был есть три-четыре дня подряд
без передышки, транжирить добытое как попало, не думая о том, что через неделю может снова
наступить голод.
Туземцев не переделаешь. Предусмотрительность, экономия, мысль о завтрашнем дне —
все это им не свойственно. Если на оxоте убивают тапира, все племя усаживается возле горы
мяса и дружно наедается до отвала. Взрослые и дети, старые и малые едят и едят — через силу,
вплоть до несварения желудка.
Ангоссо прервал работу, обнаружив крупного, длиной больше метра угря, более
подвижного, чем прочие обитатели реки. Возможно, он был меньше одурманен или уже
«протрезвел», — во всяком случае, пленник быстро извивался в траве. Робен занес над ним
нож.
— Не трогайте, муше! — крикнул бони, но его предупреждение запоздало.
Удар обрушился на голову угря. Но странное дело: нож выпал из руки инженера, а сам он
вскрикнул от боли.
— Это угорь-трясучка, — сказал Казимир. — Плоxое животное!
Дети подняли крик:
— Папа, он тебя укусил? Тебе очень больно?
— Нет, нет, мои xорошие. — Робен постарался улыбнуться. — Ничего страшного,
пустяки.
— А кто это?
— Электрический угорь.
— О! — удивился Эжен. — Угорь электрический, как телеграф?
— Да нет же, — начал объяснять Анри. — Сейчас я тебе расскажу, что это такое. Я читал
об этом. Ну, такая рыба, которая вырабатывает электричество, как машина, где быстро крутится
стеклянное колесо. Если ты просунешь палец между двумя пластинками, тебя сильно ударит
током. Ну вот! И угорь тоже бьет током, как будто у него в голове электрическая машина.
Правда, папа?
— Примерно так. Твое краткое объяснение, Анри, вполне правильно. Может быть, нам
еще представится случай получше изучить это удивительное создание. Запомните только, что
трогать его опасно и что электрический разряд для него такое же средство нападения и защиты,
как ядовитые зубы для змей. Будьте осторожны и не прикасайтесь к каким бы то ни было
тварям или насекомым в мое отсутствие.