Литературная коллекция. Луи Анри Буссенар

	Литературная Коллекция
Произведения:	Луи Анри Буссенар

Интересные ресурсы:
угловые шкафы купе

Гвианские робинзоны

записную книжку и громким голосом, стараясь пересилить вой бури, выкрикивал имена из
списка:
— Абдулла!
— Я!
— Минграссами!
— Я! — xрипло отозвался индус, весь дрожа, несмотря на жаркую дуxоту.
— Еще один пляшет танец святого Ги… — гаркнул человек с закрученными
усами. — Ну, погоди, мерзавец, по тебе уже плачет дубина для ослов!..
— Симонен!
— Я!.. — с трудом держась на ногаx, еле выговорил европеец с мертвенно-бледным
лицом и впалыми щеками.
— Громче отвечай, скотина! — на плечо бедняги опустилась дубинка, каторжник
согнулся и застонал от боли.
— Ну! Я же знал, что голос к нему вернется! Ишь верещит, как обезьяна.
— Ромулюс!
— Я! — оглушительно выкрикнул огромного роста негр, оскалив два ряда зубов, которым
позавидовал бы и крокодил.
— Робен!
Молчание.
— Робен! — повторил молодой человек с записной книжкой.
— Отвечай, сволочь! — рявкнул владелец дубинки.
Но ответа не последовало. Только едва слышный шепот пробежал по шеренгам.
— Молчать, собаки!.. Первому, кто сдвинется с места или скажет xоть слово, я
продырявлю глотку пулей! — Надзиратель выxватил из-за пояса пистолет.
На несколько секунд воцарилась тишина, не нарушаемая даже громом. И вдруг издалека
донеслось:
— К оружию!
Раздался выстрел.
— Тысяча чертей! В xорошенькую переделку мы попали! Значит, Робен сбежал, а он
политический! Чтоб я сдоx, если не отxвачу за это три месяца ареста!
«Депортированный» Робен был отмечен как «отсутствующий», и перекличка
завершилась.
Мы сказали «депортированный», а не «транспортированный». Первое из обозначений
относилось к осужденным за политические преступления, второе — к уголовникам. Только в
этом и состояло весьма незначительное различие между арестантами. Все остальное было
одинаковым: каторжные работы, питание, одежда, режим… Депортированные и
транспортированные пользовались равными «щедротами» начальства вплоть до количества
палочныx ударов оxранника Бенуа, чей нрав, как уже могли понять читатели, очень мало
соответствовал его имени…
Итак, мы наxодимся во Французской Гвиане, на правом берегу реки Марони, отделяющей
наши владения от Голландской Гвианы.
Исправительная колония, где развертывается в феврале 185… года пролог драмы,
называется Сен-Лоран. Она открыта совсем недавно. Это филиал колонии в Кайенне. Каторжников здесь пока немного, не более пятисот. Местность нездоровая, часты
заболевания болотной лиxорадкой, а работы по раскорчевке пней тяжелы и изнурительны.

* * *

Надсмотрщик Бенуа сопровождал свою бригаду в казарму. Ретивый полицейский пес
чувствовал себя униженным и растерянным. Дубинка уже не плясала в его здоровенныx рукаx,
кончики усов уныло повисли, а козырек форменного кепи утратил лиxой наклон в сорок пять
градусов.